В июле 1769 года по приказу Румянцева русский корпус генерал-поручика Берга подошел к Сивашу у Генича для проведения глубокой разведки и сковывания татарских войск, находящихся в Крыму, о чем Румянцев 12 июля доложил Екатерине II. Позднее Берг отошел к Молочным водам и стал у реки Калмиус. В июле и сентябре 1770 году его корпус дважды подходил к Перекопу, прикрывая крепости Азов и Таганрог и угрожая татарским войскам, расположенным на Крымском полуострове.

В начале июля 1769 года русская армия начала осаду крепости Хотина, чтобы не допустить соединения турецких войск с отрядами польских конфедератов. К гарнизону на помощь по приказу великого визиря Магомета Эмина-паши был направлен сорокатысячный отряд крымско-татарской конницы. Татары напали на русскую армию, осаждавшую Хотин, но был отбиты. Однако потом подошедшее стотысячное турецкое войско, соединившееся с татарами, вынудило русские полки отступить от Хотина и уйти за Днестр. Перешедшее Днестр турецко-татарское войско у Каменца вступило в бой с русской армией, но в результате нескольких сражений было отброшено. 10 сентября 1769 годо российские войска заняли пустой Хотин, а 26 сентября Яссы. После этого был взят Бухарест, а в начале 1770 года — Азов и Таганрог. В Польше барских конфедератов разбили и утихомирили русские войска генерал-поручика Веймарна, где выделялся А. В. Суворов, произведенный за успешное прекращение польского мятежа в генералы.

16 октября 1769 года Екатерина II направила командующему 2-й русской армией генерал-аншефу П. И. Панину указ: «Мы заблагорассудили, не можно ли будет при настоящих войны обстоятельствах Крым и все татарские народы поколебать в верности Порте Оттоманской внушением им мысли к составлению у себя независимости ни от какого правительства и обещанием им в том с нашей стороны действительного вспоможения». Панин решил начать с ногайцев — Буджакской, Едичкульской, Емболуцкой и Едиссанской орд. В места их кочевок были посланы русские эмиссары.

17 июня командующий 1-й армии будущий фельдмаршал Петр Румянцев у Рябой Могилы разгромил двадцатитысячный турецкий корпус. 7 июля 1770 года Петр Румянцев с двадцатитысячным войском разбил восьмидесятитысячную турецко-татарскую армию при реке Ларге, применив созданные им новые правила построения войск для нападения на турецко-татарскую армию — в виде нескольких больших каре, составлявших боевую линии и имевших на флангах егерские каре. Эти правила заменили бывшую до этого линейную тактику, по которой войска шли в бой тремя, а позднее двумя длинными шеренгами. Через три недели у реки Кагул была рагромлена другая турецкая армия, больше русской в десять раз. Во время боя одно из каре было смято атакой янычар, но благодаря штыковой атаке соседнего каре боевой строй был вновь выстроен. Наступление продолжилось и татарско-турецкая армия побежала. Румянцев взял Измаил, Килию, Аккерман, Браилов, Исакчу, Бендеры, а в 1771 году перенес военные действия на Дунай.

Турецкий флот в составе пятнадцати линейных кораблей, шести фрегатов и пятидесяти мелких судов в июне 1770 года при Чесме, у острова Хиос, был разбит и уничтожен русским флотом — эскадрой адмирала Спиридова.

Одновременно с военными действиями российская императрица Екатерина II поручила канцлеру графу Никите Ивановичу Панину провести с крымским ханом Селим Гиреем III, сменившим умершего Крым Гирея, переговоры по отделению Крымского ханства от Турции. На российские предложения крымский хан ответил: «Объясняешь, что твоя королева желает прежние вольности татарские оставить, но подобные слова тебе писать не должно. Мы сами себя знаем. Мы Портою совершенно во всем довольны и благоденствием наслаждаемся. А в прежние времена, когда мы еще независимы от Порты Оттоманской были, какие междоусобные брани и внутри Крымской области беспокойства происходили, все это пред светом явно; и потому прежние наши обыкновения за лучшие нам представлять какая тебе нужда. В этом твоем намерении, кроме пустословия и безрассудства, ничего не заключается». Однако донесения русских разведчиков свидетельствовали о том, что татары были недовольны новым ханом. П. А. Румянцев в письме Екатерине II писал: «Человек, принесший письма, сказывает, что новый хан весьма нелюбим мурзами и татарами и почти ни с кем сообщения не имеет, а татары же в великой скудости в пропитании и лошадях находятся... Татарское же общество, хотя под протекцию российскую предаться и желает, однако о том просить не в состоянии по причине, что нынешний хан содержит их в немалой строгости и к пресечению того весьма наблюдает».

Далее >>